Russian |  English |  Türkçe için tıklayınız   
ПОСОЛЬСТВО РОССИИ
Адрес: Andrey Karlov sokağı, No 5, 06692, Çankaya (P.K. 35 Kavaklıdere), Ankara Türkiye
Телефон: +90-312-439-21-22,
440-82-17
Факс: +90-312-438-39-52, 442-90-20
Электронный адрес:
rus-ankara@yandex.ru
консульские вопросы: ankarakons@yandex.ru
пресс-служба: press-ankara@mail.ru
НОВОСТИ

Выступление заместителя Постоянного представителя Российской Федерации при ООН В.К.Сафронкова на заседании Совета Безопасности ООН по «химической» проблематике в контексте конфликта в Сирии, 5 апреля 2017 года

Г-жа Председатель,

Признательны делегации США за возможность откровенно обсудить сегодня животрепещущую тему использования отравляющих веществ в контексте сирийского конфликта. Интерес к таким событиям, к сожалению, носит ярко выраженную идеологическую окраску. Признаем прямо: он тесно вплетен в канву антидамасской кампании, которая никак не доберется до своего заслуженного места на свалке истории.

Но когда появляются ноты реализма, и начинает набирать динамику политический процесс в Астане и в Женеве, по интересной закономерности происходят разного рода инциденты. Последний пример – трагедия в Хан-Шейхуне. По нашим данным, сирийская сторона обращается в Техсекретариат ОЗХО с просьбой о направлении в Сирию Миссии по установлению фактов для расследования данного инцидента, а также Миссии ОЗХО быстрого реагирования и помощи.

Нет нужды повторять, что Российская Федерация придерживается четкой и однозначной позиции: использование химического оружия кем бы то ни было абсолютно недопустимо ни при каких обстоятельствах. Виновные в совершении подобных преступлений должны быть привлечены к ответственности.

Коснемся генезиса проблемы. Водоразделом в истории с применением в Сирии токсичных химикатов, а затем уже и полноценных отравляющих веществ, послужили инициированные предыдущей Администрацией США так называемые «красные линии», за «пересечением» которых должно было бы последовать военное вмешательство во внутрисирийский конфликт.

Данное решение послужило отправной точкой для последующих провокаций террористических и экстремистских структур с использованием химоружия. Они стремились дискредитировать официальный Дамаск и дать повод для применения военной силы против суверенного государства.

Тогда наши западные партнеры предпочитали отмалчиваться, в том числе в связи с поступившим от Дамаска в марте 2013 года запросом на расследование применения боевиками зарина в пригороде Алеппо Хан аль-Асаль. Надеемся, что на этот раз это не повторится.

Именно это бездействие подвигло чувствующих свою безнаказанность боевиков на более масштабную акцию 21 августа 2013 года в Восточной Гуте, когда вновь был применен зарин. Кстати говоря, эта акция была приурочена к первой миссии в Сирию группы профессора О.Сельстрема. Пытались возложить ответственность за атаку на правительственные войска. Не получилось, потому что, благодаря проявленной Дамаском доброй воле, совместными усилиями России и США при поддержке мирового сообщества основные цели по химической демилитаризации Сирии удалось успешно реализовать.

Когда стало очевидным, что правительство Б.Асада в беспрецедентно сжатые сроки и в сложнейших условиях вооруженного конфликта справилось с задачей ликвидации своих химических арсеналов, последовали информационные вбросы о применении в Сирии хлора в качестве химоружия. С учетом данного обстоятельства с согласия Дамаска была учреждена Миссия ОЗХО по установлению фактов применения химоружия в Сирии (МУФС), призванная оперативно реагировать на такого рода инциденты. На деле эта Миссия ни разу не посетила места предполагаемого применения хлора для проверки.

Было положено начало порочной практике в работе МУФС, а затем и Совместного механизма ОЗХО-ООН по расследованию случаев применения в Сирии химоружия (СМР), когда за чистую монету стали приниматься сфабрикованные сирийской оппозицией и «сочувствующими» ей НПО сведения о мнимом использовании хлора правительственными войсками. Об объективном расследовании никто даже не помышляет.

Если у кого-то остаются сомнения в том, что кадры предполагаемых инцидентов, в частности, в Сармине, были заранее срежиссированы, достаточно обратиться к видеорядам, заснятым по данному сюжету как псевдогуманитарной НПО «Белые каски» (которую некоторые в этом зале прославляли), так и «Джабхат ан-Нусрой», в которых фигурируют одни и те же «актеры-корреспонденты». Налицо тот факт, что «белокасочники» тесно связаны с этой террористической организацией. А может быть, фабрикацией материалов занимались те, кто, крича о гуманитарной катастрофе в Восточном Алеппо, забивал склады в этой части города медикаментами и продуктами, когда население голодало? Я спросил их здесь в ООН: «Это правда?». Они сказали: «Да, правда». Почему? Потому что готовились якобы к «долгосрочной осаде». Вы представляете себе уровень цинизма? Вот кто дает материалы. И на этих материалах нужно делать выводы?

Эксперты ОЗХО подтвердили, что такие террористические группировки, как «Исламское государство» и «Джабхат ан-Нусра», производят полноценные боевые отравляющие вещества (иприт и зарин) и регулярно применяют их в Сирии и в Ираке. Кстати, с такими выводами согласно и западное разведывательное сообщество.

Мы неоднократно аргументировали нашу позицию в СБ относительно предварительных результатов расследования по линии СМР. Во многом еще предстоит разобраться, и именно поэтому мы согласились на продление мандата Механизма еще на один год. Должно быть проведено тщательное и деполитизированное расследование случаев применения химоружия, опирающееся на достоверные и проверенные факты.

Последующая деятельность Механизма должна быть расширена географически. Его мандат должен быть наполнен реальным антитеррористическим содержанием, что предусматривается резолюцией СБ ООН 2319. И не надо нас ссорить с правительством Ирака и другими региональными странами. У нас в регионе Ближнего Востока прочные позиции. Нам доверяют. И то, что мы делаем, – это в помощь Багдаду, а не против него, как вы утверждаете. Должны быть рамки какого-то приличия?

Глубоко обеспокоены тем, что некоторые государства уже сейчас манипулируют предварительными итогами деятельности СМР. Апофеозом такого безответственного подхода стало вынесение на голосование 28 февраля с.г. проекта санкционной резолюции по Главе VII Устава ООН, причем на фоне, когда политический процесс в Астане и Женеве очень успешно работал. Вы создали искусственную провокацию в СБ, даже не удосужившись пояснить, с какой целью вы ставите его на голосование.

Проблема химического терроризма остается. Если бы два года назад внимательно отнеслись бы к российско-китайской инициативе по соответствующему проекту резолюции, сегодня ситуация была бы радикально иной. Нет, проигнорировали.

Теперь, отвечу на вопрос посла Великобритании господина Райкрофта, есть ли у России планы. Есть, и не один. Первый план, конечно, бороться с терроризмом. Второй план – касательно вашей резолюции. Особой необходимости в принятии резолюции на данном этапе мы не видим. Ранее принятое решение вполне достаточно для проведения тщательного расследования инцидента. Но если кому-то из членов СБ новая резолюция представляется желательной и необходимой, она должна выглядеть совершенно иначе.

В преамбуле нужно было бы указать, что Совет с глубокой озабоченностью встретил сообщение о массовой гибели людей в результате отравления химвеществами в Хан-Шейхуне. В преамбуле же указать, что это диктует необходимость проведения полноценного расследования с целью выяснения, что на самом деле произошло и кто несет ответственность. Постановляющую часть следовало бы ограничить одним пунктом – призывом к Миссии установления фактов. В полном объеме расследовать на месте сообщения об инциденте при обязательном условии, что персональный состав следователей будет представлен СБ на рассмотрение и будет носить географически сбалансированный характер. Здесь же следует установить требования к незаконным вооруженным формированиям, контролирующим район инцидента, предоставить полный и безопасный доступ следователям к местности и необходимой им информации.

Главная задача сейчас – объективно разобраться в том, что произошло. Пока же все фальсифицированные сообщения на эту тему исходят из упомянутых мной ранее «белых касок» и базирующейся в Лондоне Сирийской обсерватории по правам человека. Эти структуры, впрочем, давно и напрочь себя дискредитировали, принимать на основе их сообщений какие-либо далеко идущие решения непрофессионально.

Отмечаем одновременно противоречивый характер поступающих сообщений об инциденте. «Белые каски» путаются в показаниях, все время меняют версию произошедшего – говорят о бомбардировках то ли с вертолетов, то ли с самолетов, заявляют то о применении хлора, то зарина, меняют данные о количестве пострадавших. На видео- и фотоматериалах, размещенных в социальных сетях, видно, что помощь пострадавшим оказывают представители «белых касок», не имеющие надежных средств защиты и действующие крайне непрофессионально. Обращает на себя внимание слишком спокойное поведение представителей данной организации в чрезвычайных условиях. Это создает твердое впечатление о постановочном характере видеоматериалов, и вся затея носит явно провокационный характер.

Кстати говоря, упомянутые противоречия нашли отражение и в представленном проекте резолюции. Например, в п.2 преамбулы выражается «ужас» в связи с инцидентом, который подается как установленный факт. При этом в п.3 постановляющей части ставится задача установить, а имел ли вообще место данный инцидент. Вы смотрите, что пишете? Иными словами, проект готовился в спешке и отличается крайней небрежностью. Скажем прямо, предлагать Совету Безопасности такой текст просто неприлично.

Что касается предполагаемого инцидента, произошедшего на территории, которая с 2014 года контролируется террористами из «Нусры», то действительно в период с 11.30 до 12.30 местного времени 4 апреля сирийская авиация нанесла удар в районе восточной окраины Хан-Шейхуна по крупному складу боеприпасов и скоплению военной техники. На территории этого склада находились цеха по производству фугасов, начиняемых отравляющими веществами. Фугасы эти предназначались для использования на территории Ирака, а также в Алеппо. Их применение в одноименной провинции было зафиксировано в конце прошлого года российскими военными специалистами. Симптомы отравления в Хан-Шейхуне на видеокадрах в соцсетях точно такие, как были осенью прошлого года в Алеппо, когда все факты применения химоружия вместе с отобранными в этом городе пробами грунта были запротоколированы и переданы в ОЗХО, где они до сих пор продолжают изучаться ни шатко ни валко.

Очевидно для нас одно – химический терроризм набирает обороты и ему надо противодействовать самым решительным образом. К сожалению, все наши попытки добиться в последние три года реакции со стороны Совета Безопасности на преступления террористов, все более регулярно применяющих химоружие, не увенчались успехом из-за позиции западных коллег. Характерно, что они совершенно равнодушно отнеслись к последней вылазке террористов в Мосуле, а этот факт был подтвержден такими авторитетными и беспристрастными международными организациями, как Красный Крест.

Я должен привлечь ваше внимание к заявлению Генерального секретаря ООН. Он призвал тщательно разобраться в том, что действительно произошло в конфликте. Мы такую позицию полностью поддерживаем. Причем расследование должно быть полноценным и объективным. Пора кончать с негодной практикой дистанционных следственных действий на основе информации, которую черпают некоторые, в том числе Миссия по установлению фактов, из Интернета и запросов соседних с Сирией стран. Эти данные заведомо не поддаются доказательству.

Любая следственная структура, в том числе Миссия по установлению фактов, должна выехать на место применения химоружия в Сирии, использовать весь спектр соответствующих методик, включая отбор проб, судебно-медицинскую и криминалистическую экспертизу. На важность такого серьезного и профессионального подхода обращалось внимание в Четвертом и Пятом докладах Совместного механизма расследования, подскажу – пп. 49 и 11, соответственно.

Команда следователей, еще раз акцентирую, должна носить подлинно интернациональный по своему составу характер в соответствии с зафиксированным в Уставе ООН принципом широкого географического представительства. В своем нынешнем виде Миссия по установлению фактов этому основополагающему принципу совершенно не отвечает. Ее выводы нельзя назвать беспристрастными.

Хотел бы сказать еще об одном. В очередной раз абсолютно безответственное, неуважительное, непрофессиональное заявление постпреда Великобритании. Оно объясняется тем, что вы ничего не делаете для нормализации обстановки в Сирии. Правда, делаете одно – вбрасываете в СБ провокационные проекты. Кстати говоря, вы еще оказываете одностороннее давление на Совместный механизм расследования, не скрывая при этом ваших действий, выжимая выводы, которые вам нужны. И вообще, за рамками дипломатического приличия, г-н Райкрофт, ваши сентенции по России и Китаю. Это категорически неприемлемо. Повторяться этого не должно. Слушать мы этого больше не будем. Вы лучше бы отчитались о том, что Великобритания делает в сфере урегулирования обстановки в Сирии. Задаете вопросы России и Китаю. У вас-то какая-то ответственность есть? Нет. А все одержимость сменой режимов. И именно она мешает конструктивной работе Совета Безопасности. Это вы пренебрегаете местом в Совете Безопасности, поскольку пытаетесь освятить решением СБ ваши незаконные планы. Не получается и не получится, пока не смените пластинку.

И не надо пытаться нас еще раз ссорить с народами Сирии, Ирака и другими народами Ближнего Востока. Я думал, что английская дипломатия с этими рудиментарными методами давно рассталась. Над этим предстоит серьезно задуматься. Повторяю, ни сирийский кризис, ни другие мировые проблемы, включая агрессивный терроризм, нам не решить без реального объединения усилий. Мы к коллективной работе готовы.

Rambler's Top100