Пресс-релизы Посольства

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам трехсторонних консультаций с Министром иностранных дел Республики Судан И.Гандуром и Министром иностранных дел и международного сотрудничества Республики Южный Судан Б.Барнабой,
Москва, 10 сентября 2015 года

1688-10-09-2015

Уважаемые дамы и господа,

Трехсторонние консультации с участием Министра иностранных дел Республики Судан И.Гандура и Министра иностранных дел и международного сотрудничества Республики Южный Судан Б.Барнабы, которые мы провели вчера и сегодня в Москве, по-своему уникальны. Переговоры по проблематике межсуданского урегулирования состоялись в таком формате впервые.

Признательны нашим коллегам и друзьям из Судана и Южного Судана за то, что они приняли наше предложение использовать «московскую площадку», чтобы продолжить диалог по остающимся вопросам в отношениях между двумя государствами. Мы почувствовали полезность и комфортность этой площадки для наших гостей, они заинтересованы использовать ее и далее. Разумеется, мы будем к этому готовы. Мои коллеги скажут об этом сами.

Мы были проинформированы, что на двусторонней встрече министров иностранных дел Судана и Южного Судана были приняты важные решения, прежде всего, касающиеся необходимости в полной мере и быстро выполнить все положения документов по межсуданскому урегулированию, которые были подписаны за последние 2-3 года. Мы будем готовы в ответ на просьбы наших партнеров и в русле тех усилий, которые предпринимает посреднический механизм Африканского союза (АС), продолжать оказывать не только логистическое, но и содержательное содействие в этих переговорах. Мы исходим из того, что Африканский союз через свои механизмы продолжит играть ведущую роль в деле сопровождения процесса межсуданского урегулирования. Мы будем оказывать содействие этой работе не только предоставляя московскую площадку в дополнение к площадке АС, но и в работе в Совете Безопасности ООН, где соответствующие аспекты этой ситуации регулярно обсуждаются.

В ходе вчерашних и сегодняшних встреч мы обсуждали другие вопросы, прежде всего, касающиеся положения в Африке, на Ближнем Востоке. Мы провели переговоры в том числе и по двусторонним отношениям между Россией и Суданом, Россией и Южным Суданом. Мы ценим высокий уровень отношений Москвы с Хартумом – у нас ведется активный политический диалог, принимаются конкретные меры по развитию инвестиционного, торгово-экономического взаимодействия. Важную роль в этой работе играет Российско-Суданская Межправительственная комиссия по торгово-экономическому сотрудничеству, мы подтвердили необходимость и готовность провести третье заседание в Хартуме до конца текущего года.

Мы были проинформированы об инициативе Президента О.Башира по запуску всеохватывающего общенационального диалога. Мы поддерживаем эти усилия и рассчитываем, что ее реализация поможет укрепить единство суданского общества и нормализовать ситуацию на юге страны. Безусловно, это касается Дарфура и тех вопросов, которые связаны с оказанием гуманитарной помощи населению по каналам международных организаций.

С Министром иностранных дел Республики Южный Судан Б.Барнабой мы общаемся часто – в прошлом году он дважды посещал Москву. Мы вчера  продолжили наш разговор о перспективах углубления сотрудничества, в том числе в таких областях как строительство, энергетика, транспорт, нефтегазовая отрасль, подготовка кадров. Конечно же, подготовка кадров – это одна из тем нашего сотрудничества и с Республикой Судан. За прошедшие годы тысячи суданцев и южносуданцев получили образование в СССР и России. Это очень важная сфера наших гуманитарных и культурных контактов, которая помогает развивать отношения с опорой на очень добрые, тесные, человеческие связи. Будем оказывать содействие и прямым контактам деловых кругов трех наших стран.

Приветствуем усилия по стабилизации положения в Республике Южный Судан, где с 2013 г. происходят конфликтные процессы, а также подписание в августе мирного соглашения между Правительством Южного Судана и оппозицией. Надеемся, что стороны конфликта будут придерживаться взятых на себя обязательств. Мы будем их в этом поддерживать и продолжать выступать за политическое, дипломатическое урегулирование всех остающихся вопросов, в том числе, занимая соответствующую позицию в СБ ООН.       

Считаю, что обмен мнениями с моими коллегами по двусторонним вопросам и ключевым темам международной, региональной повестки дня подтвердил совпадение или близость наших позиций по большинству тем, который выносятся на рассмотрение международного сообщества.

Мы очень тесно сотрудничаем в ООН. Признательны обеим странам за поддержку принципиальных подходов, которые продвигает Российская Федерация в ООН и в целом на международной арене.

Еще раз благодарю своих коллег за сотрудничество и принятие нашего приглашения.

Вопрос:  Сможет ли предстоящая встреча в «нормандском формате» на уровне глав внешнеполитических ведомств помочь в продвижении минского переговорного процесса, который продолжает «буксовать»? Как Россия относится к выборам в Донбассе? Могут ли республики проводить их, учитывая, что Киев блокирует принятие законодательства по особому статусу?

С.В.Лавров:  Сейчас, как известно, всё вращается вокруг проблемы местных выборов в Донбассе. Минские соглашения от 12 февраля с.г. предусматривали немедленное начало консультаций между Киевом, Донецком и Луганском по модальностям проведения местных выборов на этих территориях в соответствии с законами Украины при наблюдении со стороны ОБСЕ. Всё было записано. Украинские власти на протяжении долгого времени после того, как  Минские договорённости вступили в силу и были одобрены резолюции СБ ООН, обретя характер международно-правового документа, отказывались выполнять ту часть договорённости, которая предполагала прямые консультации с Донецком и Луганском по модальностям проведения местных выборов, а также настаивали и настаивают только на том, чтобы эти выборы прошли по закону, принятому Верховной Радой, и при полном вовлечении ОБСЕ в лице её бюро по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ).

Повторю, первым условием подготовки выборов в Донбассе являются прямые консультации и согласование модальностей проведения этих выборов. Донецк и Луганск готовы проводить их на основе украинского закона, а также к тому, чтобы наблюдатели ОБСЕ получили право мониторить этот процесс, но обо всем этом они хотят договариваться в консультации с украинской властью, потому что есть целый ряд аспектов, обойти или решить которые невозможно без консультаций с провозглашёнными республиками. Например, они выступают против того (и их прекрасно можно понять), чтобы в выборах на их территории могли участвовать такие организации, как «Правый сектор» и прочие радикалы, что противоречит закону Украины, по которому эти организации наделены правом участия в выборах. Так что есть нюансы, которые далеко не маловажны. Не вижу, как к участию в местных выборах могут быть допущены радикалы, ежедневно выступающие с угрозами в адрес населения Донбасса и против их культуры и исторической памяти, называющие их оскорбительными именами. Они грозились проводить там зачистки, а теперь будут частью политического поля? Едва ли так получится.

Самое главное, что проблема непроведения прямых консультаций по местным выборам, не ограничивается этой темой. Отсутствие прямого диалога наблюдается в том, что касается конституционной реформы, введения в силу закона об особом статусе Донбасса  – обо всём этом вчера очень подробно говорили лидеры России, Франции, Германии и Украины в ходе телефонного разговора. В ходе этой беседы они подтвердили своё поручение организовать встречу министров иностранных дел 12 сентября в Берлине, а также договорились лично встретиться в Париже 2 октября.

Отмечу также ещё одно важное обстоятельство, связанное с выборами, о котором я не упомянул, касающееся системной проблемы. Украинское правительство, в отличие от того, что было записано в Минских договорённостях, настаивает на том, чтобы все вопросы, касающиеся особого статуса Донбасса, конституционной реформы в отношении этих территорий, решались только после проведения местных выборов. Одновременно сами же украинские власти делают всё, чтобы местные выборы там не состоялись. Закон о местных выборах, назначенных на территории Украины на 25 октября, прямо исключает возможность проведения этих выборов на не подконтрольных Киеву и ещё многих территориях, которые непосредственно примыкают к линии соприкосновения сторон в Донбассе. Получается «замкнутый круг»: киевская власть настаивает, что все свои обязательства она будет выполнять только после выборов, причём подготовленных без консультаций с Донбассом, а другой «рукой», уже через исполнительную власть, принимает закон, запрещающий проводить там выборы до смены власти. Логики здесь нет, кроме одной (иначе киевскую позицию трактовать невозможно), заключающейся в том, чтобы сорвать всю концепцию Минских договорённостей, поставить всё «с ног на голову», сделав тем самым невозможным выполнение того, что записано в «Комплексе мер». В этой связи мы обратили внимание на то, что западные партнёры, некоторые европейские страны и США начинают играть в очень опасную игру, заявляя, что если состоятся местные выборы в Донбассе в соответствии с решениями, которые были вынуждены принять Донецк и Луганск в отсутствие шагов Киева по выполнению Минских договорённостей о проведении консультаций для организации таких выборов, то это будет означать срыв выполнения Минских договорённостей. Мы обращаем внимание на то, что киевская власть последовательно действовала в полном противоречии с Минскими договорённостями сразу с момента их вступления в силу. Это касается введения закона об особом статусе (вернее, его невведения), отсутствия какого-либо прямого диалога по вопросам конституционной реформы, внесения весьма двусмысленного положения в Конституцию Украины относительно особенностей местного самоуправления на территориях провозглашённых Донецкой и Луганской областей, а также обещанного закона об амнистии, без которого будет очень трудно рассчитывать на то, что выборы будут честными и справедливыми.

Мы целиком и полностью привержены духу и букве до последней запятой Минских договорённостей. Будем настаивать на том, чтобы оценка их выполнения была не предвзятой, не выборочной, а комплексной – во всей их полноте и строгом соответствии с заложенной в них последовательностью. Об этом, прежде всего, будем говорить на встрече министров иностранных дел в Берлине в предстоящую субботу. Лидеры наших стран договорились о том, что эта встреча будет, в первую очередь, посвящена политическим аспектам Минских договорённостей. Это касается выборов, статуса, внесения изменений в Конституцию и, как я понимаю, проблем амнистии, обмена задержанными лицами – всего того, что необходимо для создания правильной атмосферы реализации всех политических аспектов «Комплекса мер» от 12 февраля с.г.

Вопрос:  Как МИД может прокомментировать появившиеся «селфи» с российскими военнослужащими в Сирии?

С.В.Лавров:  Мы уже сделали все комментарии. В Сирии есть российские военнослужащие, которые находятся там много лет. Их присутствие там сопряжено с поставками вооружений для сирийской армии, которая несёт на себе основное бремя противостояния терроризму в лице «Исламского государства» и прочих экстремистских группировок. Российские военнослужащие находятся там, чтобы помогать сирийцам осваивать эту технику и готовить её для применения а антитеррористической борьбе.

Вопрос:  Что было в российских самолётах, приземлившихся в Латакии?

С.В.Лавров:  Самолётами Российская Федерация направляет продукцию военного назначения в соответствии с имеющимися контрактами и гуманитарную помощь. В зависимости от того, какой груз перевозит самолёт, мы запрашиваем разрешение в полном соответствии с международными нормами.

Вопрос:  Как развернутая компания о якобы усилении российского военного присутствия в Сирии может негативно повлиять на международные усилия по урегулированию кризиса в этой стране?

С.В.Лавров:  Эта логика абсолютно мне не понятна. Вернее, здесь она полностью отсутствует. Мы уже неоднократно говорили в наших комментариях, что сирийская армия является наиболее эффективной силой, которая  «на земле» противостоит террористической угрозе. С самого начала сирийского конфликта, когда многие наши коллеги за рубежом делали ставку на любых «попутчиков», которые боролись с режимом Б.Асада, и даже не исключали своего взаимодействия с откровенно экстремистскими группировками, мы помогали, продолжаем и будем помогать Правительству Сирии в оснащении сирийской армии всем необходимым, чтобы она не допустила повторения ливийского сценария и других печальных событий, происходивших в этом регионе из-за одержимости некоторых наших западных партнеров идеями смены неугодных режимов. Кстати, мы помогаем не только Сирии. Россия поставляет вооружения в Ирак и другие страны региона, которые находятся на передовом краю борьбы с террористической угрозой. При этом, мы это делаем без каких-либо политических условий, в то время как некоторые другие партнеры Багдада обусловливали свою готовность помогать в оснащении иракской армии политическими требованиями, что также является серьезным тормозом на пути эффективного объединения усилий для противодействия политической угрозе.

Повторю еще раз предложения Президента России В.В.Путина. Россия выступает за формирование эффективной скоординированной коалиции по противодействию «Исламскому государству» и прочим подобным группировкам. Чтобы эта борьба была эффективной, она должна вестись без двойных стандартов и опираться на принцип объединения всех, кто борется с «ИГ», неприемлет ее идеологию и практику, а также готовых делать все для недопущения реализации опаснейших замыслов создания халифата на обширнейших просторах от Португалии до Пакистана, как проповедают идеологи этой террористической группировки.

Наверное, это не должна быть коалиция в классическом смысле. Там не должно создаваться единой «суперармии» с общим командованием – это нереально. Она должна быть гибкой и обеспечивать координацию усилий и действий отрядов, которые борются с «Исламским государством» на земле,  в воздухе или на море. Это предполагает вовлечение в такую координацию армий Сирии, Ирака и курдских ополчений в этих странах, совместную ориентацию отрядов патриотической сирийской оппозиции, которых вооружают их зарубежные спонсоры, соответствующее понимание и сигналы от всех внешних игроков, которые должны быть унифицированы. Это также предполагает участие и учет всех этих аспектов и задач, которые решаются «на земле», при планировании ударов, наносимых коалицией по борьбе с «ИГ», к сожалению,  созданной США за рамками Совета Безопасности ООН.

Мы никогда не делали тайной наше военное присутствие. Наши военные специалисты работают в Сирии, помогая сирийской армии осваивать российское вооружение. Никаких дополнительных шагов Россия сейчас не предпринимает. Если это потребуется, мы будем действовать в полном соответствии с российским законодательством, международным правом и нашими обязательствами и исключительно по просьбе и с согласия Правительства Сирии или правительств других стран региона, если зайдет речь о помощи им в этой борьбе против терроризма.

В моих регулярных контактах с Госсекретарем США Дж.Керри, включая вчерашний телефонный разговор, мы подробно об этом говорили. Он высказывал озабоченности слухами, которыми сейчас полнятся западные СМИ, и проводил эту очень странную мысль о том, что поддержка Б.Асада в антитеррористической борьбе лишь усиливает позиции «Исламского государства», потому что в ответ спонсоры будут накачивать эту террористическую структуру еще большим количеством оружия, денег и всего прочего, что необходимо для реализации ее зловещих замыслов. Это абсолютно перевернутая «с ног на голову» логика и попытка опять потакать тем, кто использует террористов в борьбе с неугодными режимами. Колоссальной ошибкой стало то, что созданная США коалиция не предполагала какого-либо взаимодействия с сирийским правительством, а также информирования о том, что собираются делать эти страны, нанося удары по сирийской территории, как они говорят, «по позициям «Исламского государства».

Замечу, вчера Австралия заявила о том, что присоединяется к ударам по Сирии, не предпринимая никакого контакта  с Правительством Сирии. Как заявил Премьер-министр Великобритания Д.Кэмерона, его страна уничтожила на сирийской территории несколько джихадистов, которые являлись британскими подданными, и это является реализацией неотъемлемого права Великобритании на самооборону. Поэтому когда в наш адрес летят голословные обвинения в том, что «мы делаем что-то противоправное и где-то усиливаем «ИГ»», просил бы повнимательнее присмотреться к конкретным методам, которые применяет ведомая американцами коалиция.

Мы уверены, что скоординировать все усилия, о которых я говорю, всех игроков на этом важнейшем антитеррористическом фронте вполне по силам, если, подчеркну еще раз, отказаться от двойных стандартов, вести дело на основе международного права через координирующую, центральную роль СБ ООН. Мы к этому готовы.